Войти

Ученые NASA сожгли доказательства инопланетян на Марсе ещё 40 лет назад

Исследователи NASA сожгли возможные свидетельства жизни на Марсе во время новаторской миссии по Красной планете ещё 40 лет назад. Об этом проинформировал портал VladTime.

Россия выбыла из списка крупнейших держателей казначейских бумаг США

Россия, которая недавно продала почти половину имевшихся у нее казначейских бумаг США, избавилась как минимум ...



» » «Деэскалация». Стратегия России по разрешению сирийского конфликта военным путём

«Деэскалация». Стратегия России по разрешению сирийского конфликта военным путём

Новости » «Деэскалация». Стратегия России по разрешению сирийского конфликта военным путём


Спустя 2,5 года после первой сделки Лаврова и Керри по Сирии, оппоненты Асада наконец то обратили внимание на незаметную работу МИД РФ, которая обеспечила стратегические предпосылки для дробления единого фронта Анти-асадовских сил, которые потом уничтожились по частям. Именно в описываемый период 2016-2017 года произошел решающий перелом в ходе войны, когда сирийская армия при поддержке России и Ирана захватила стратегическую инициативу, а многочисленные враги Асада оказались частично парализованы через серию «перемирий», когда вместо того, чтобы воевать на многочисленных фронтах, часть из них дипломатически ставили на паузу, а имевшиеся силы концентрировали на ключевых направлениях, варьируя удары между ИГИЛ и «зелеными». В итоге, череда этих ударов привела к коллапсу Халифата на территории Сирии, а «зеленая» оппозиция была деморализована и терпела поражения за поражением, крупнейшим из которых было поражение в «матери всех битв» за Аллепо. И если посмотреть на ретроспективу крупнейших операций 2016-2017 года, практически всегда, когда САА при поддержке России и Ирана наносила сильные удары по боевикам, большая часть «зеленых» либо пассивно за этим наблюдала в «зонах деэскалации», либо же ограничивалась невнятными демонстрациями. Ценность материала ниже состоит в том, что написан он очевидным врагом Асада, который сирийское правительство иначе как режимом не называет и явно болеет за проигравшую сторону. Собственно, главный вывод из всего этого – большая стратегия России в Сирийской войне оказалась на удивление эффективной, хотя в 2015-м все это выглядело авантюрной попыткой поймать рыбку в мутной воде многостороннего конфликта. Но в конечном итоге, стратегические планы США, Израиля, Саудовской Аравии, Катара и Турции потерпели крах и мы еще с 2016-го года наблюдаем, как участники анти-асадовской коалиции по очереди были вынуждены переобуваться и пересматривать свою стратегию, подстраиваясь под те обстоятельства, которые были созданы российскими дипломатическими и военными усилиями.



«Деэскалация». Стратегия России по разрешению сирийского конфликта военным путём

«Деэскалация». Стратегия России по разрешению сирийского конфликта военным путём
Российские военные на авиабазе `Хмеймим` в Сирии | © РИА Новости, Максим Блинов После утечки информации о российско-израильских договоренностях относительно зоны деэскалации на юго-западе Сирии, сирийский режим начал военную кампанию, призванную установить контроль над этой территорией или добиться заключения соглашений о капитуляции действующих там оппозиционных фракций. Это в свою очередь станет повторением событий в Восточной Гуте и сельской местности на севере Хомса, в связи с чем возникает вопрос: является ли российская инициатива по созданию зон деэскалации уловкой, чтобы ликвидировать вооруженную оппозицию и постепенно восстановить власть режима в этих регионах?

Создать зоны деэскалации, а затем уничтожить их

После падения города Алеппо благодаря силам сирийского режима в декабре 2016 года, заключения российско-турецкого соглашения, гарантирующего вывод оппозиционных групп из восточной части города, а также ряда крупных сражений Москва запустила переговорный трек в Астане, который принял трехсторонний формат с присоединением Ирана. После нескольких раундов переговоров 4 мая 2017 года государства-гаранты достигли соглашения о создании четырех зон деэскалации: Идлиб, северный Хомс, Восточная Гута и южный регион. Чтобы ограничить роль Ирана, Москва согласовала с различными зарубежными сторонами детали реализации соглашений о деэскалации в каждой из этих областей. В кулуарах саммита Большой двадцатки в Гамбурге (Германия) 7 июля 2017 года было достигнуто соглашение с Вашингтоном о создании зоны деэскалации на юго-западе Сирии. Детали договорённостей были определены при участии Иордании в последующем соглашении 11 ноября 2017 года. В июле 2017 года Министерство обороны России объявило о том, что при посредничестве Египта заключило соглашение с сирийскими оппозиционными группировками относительно механизмов деэскалации в Восточной Гуте, на севере Хомса и юге Хамы. В ходе шестого раунда переговоров в Астане в середине сентября 2017 года Россия, Иран и Турция достигли договоренности касательно зоны деэскалации в Идлибе, в которую вошли также районы в Хаме, Алеппо и Латакии. 12 октября 2017 года при посредничестве Египта между Россией и вооруженными оппозиционными группировками было заключено соглашение о присоединении южных районов Дамаска к зоне деэскалации в Восточной Гуте. Пока Россия разрабатывала детали создания зон деэскалации, она вступила в гонку с американцами за контроль над территорией, захваченной «Исламским государством» (запрещена в РФ — прим. ред.). В то время как Вашингтон через своих курдских союзников устанавливал контроль над регионом к востоку от Евфрата, Москва смогла отбить больше территорий, контролируемых боевиками ИГ в Эль-Бадии и к западу от Евфрата вплоть до Дейр-эз-Зора . Этот успех позволил президенту России Владимиру Путину объявить об «абсолютном поражении» боевиков ИГ на обоих берегах реки Евфрат. Это произошло до того, как он отправился на авиабазу в Хмеймиме, чтобы подтвердить, что российская миссия по борьбе с террористической организацией почти завершилась, и отдать приказ о выводе российских войск из Сирии. Это тактика, используемая Путиным с начала российской интервенции: каждый раз, достигая своей цели в Сирии, он объявляет о начале вывода российских войск, но при этом не претворяет это в жизнь. На самом же деле Россия собиралась начать серию военных операций, чтобы последовательно ликвидировать вооруженную оппозицию в зонах деэскалации. После того, как президент Путин завершил свой молниеносный визит в Хмеймим, сирийский режим при серьёзной поддержке со стороны России развернул крупномасштабную военную операцию в зоне деэскалации в Идлибе. Через три дня после начала операции глава Генштаба России Валерий Герасимов заявил, что задачей, стоящей перед его страной в 2018 году, будет полная ликвидация «Джебхат Ан-Нусры» (запрещена в РФ — прим. ред.) в различных зонах деэскалации. Российская военная операция в Идлибе совпала с началом переговоров с Турцией относительно ситуации в Африне и подготовкой к Конгрессу национального диалога Сирии в Сочи в качестве решающего этапа, по завершении которого Москва дала туркам зелёный свет для начала военной операции против отрядов народной самообороны в Африне на северо-западе Алеппо. В то же время, силам режима удалось окончательно установить контроль над аэродромом Абу-Зухур в сельской местности на востоке Идлиба после ожесточенных боев, в ход которых впервые вмешалась Турция в ответ на нарушение режимом договорённостей, достигнутых в Астане в середине сентября 2017 года между странами-гарантами трёх зон деэскалации. Соглашение предусматривало создание двух зон, первая из которых находится между железной дорогой и дорогой Алеппо — Хомс. Это зона, где Россия ведёт боевые действия против организации «Тахрир аш-Шам» (в прошлом «Джебхат Ан-Нусра»), чтобы включить эту область в число подконтрольных режиму территорий. Вторая зона находится между дорогой и сельской местностью на западе Латакии — это зона деэскалации, контролируемая оппозиционными группировками, которых поддерживает Турция. Турецко-российский консенсус, который позволил Турции вступить в Африн в обмен на давление на оппозиционные фракции с целью добиться их участия в конгрессе в Сочи, находившийся под угрозой провала, привел к прекращению операции в Идлибе, и силы режима направились в Восточную Гуту в Дамаске. Министр иностранных дел России Сергей Лавров выступил с заявлением, в котором отметил, что «опыт освобождения Алеппо может быть применен в Гуте». Через несколько дней после этого сирийский режим при поддержке России начал атаковать опорные пункты оппозиционных фракций в Гуте, что закончилось заключением перемирия, выводом оппозицией своих сил из ранее подконтрольных им районов и уходом вместе с семьями на север Сирии, где действуют оппозиционные фракции, близкие к Турции. В течение нескольких дней та же судьба ожидала оппозиционные фракции в деревнях и других населённых пунктах на востоке Каламуна, в кварталах Аль-Кадам и Аль-Асали на юге столицы, а также в населённых пунктах Бейт-Сахам, Бабила, Яльда в сельской местности на юге Дамаска, в городах на севере Хомса и юге Хамы. Лишь небольшая группа боевиков ИГ осталась в районе Аль-Хаджар Аль-Асвад, об уходе которых было достигнуто соглашение после ожесточенных боев. Соглашение о выводе сил «Тахрир аш-Шам» из лагеря Ярмук на юге Дамаска было особенно важным, поскольку являлось частью сделки, которая также предполагала эвакуацию населения из преимущественно шиитских городов Кафрая и Фуа на западе Идлиба.

Распределение областей контроля и их будущее

Режим близок к тому, чтобы зачистить территорию так называемой «полезной Сирии» от любого вооруженного присутствия, разрешенного соглашениями о деэскалации, заключённых при посредничестве Каира. Поэтому нетронутыми остались только две зоны деэскалации: на юго-западе Сирии (Деръа и Эль-Кунейтра), с учетом договоренностей между Россией, Соединенными Штатами и Иорданией, и зона в Идлибе, которая контролируется турецкой, иранской и российской сторонами. До того, как режим, наконец, начал атаковать зону деэскалации на юге, в Сирии возникли четыре основные зоны влияния, которые регулируются в соответствии с разными договорённостями, а именно: 1.Так называемая «полезная Сирия», крупнейшая из этих областей, которая контролируется сирийским режимом и подпадает под действие соглашений, регулирующих отношения режима с Ираном и Россией, а также договоренностей между Москвой и Тегераном, для которых характерна скрытая конкуренция. Сирийский президент Башар Асад издал законы, способствующие изгнанию своих врагов из страны путём лишения их финансовых и имущественных прав , самым важным из которых является декрет №10, разрешающий муниципалитетам создавать организационные районы в административных единицах.
«Деэскалация». Стратегия России по разрешению сирийского конфликта военным путём
Зоны деэскалации в Сирии / © Министерство обороны РФ 2.Зона к востоку от реки Евфрат, включая Эт-Танф и Эр-Рукбан, ситуация в которой регулируется в соответствии с гамбургским соглашением между президентом США Дональдом Трампом и президентом России Владимиром Путиным, а также российско-американским соглашением о прекращении огня, заключённым в 2015 году. Вашингтон использовал силу против попыток сирийского режима, России и Ирана испытать его приверженность стабильности в этом регионе. Франция и Саудовская Аравия достигли взаимопонимания с американской стороной в отношении действий в зоне к востоку от Евфрата, в то время как в заявлениях турецких официальных лиц выражается заинтересованность в судьбе этих районов, в частности Ракки и Камышлы в провинции Эль-Хасака. 3.Пограничная полоса между городом Джараблус на западном берегу реки Евфрат на северо-востоке провинции Алеппо до границы на северо-западе провинции Латакия, находящаяся под надзором Турции. Турецкая армия присоединила полосу к области Африн и создала наблюдательные пункты в нескольких местах в сельской местности Идлиба, Хамы, Латакии и Алеппо, один из которых находится в глубине сирийской территории в 200 километрах от турецко-сирийской границы. Регион регулируется в соответствии с российско-турецкими договоренностями, сорвать которые пытается Иран. В этой зоне много активных вооружённых групп, а ее города и деревни — последнее прибежище для вооруженных оппозиционных фракций, ранее перемещенных из других регионов. 4.Юго-западная Сирия — зона, созданная в результате российско-американо-иорданского соглашения, заключённого в два этапа летом и осенью 2017 года. В настоящее время подвергается крупным атакам со стороны режима, который пытается восстановить контроль над этой территорией. Иордания пыталась достичь договоренности с Россией по поводу приверженности условиям соглашения о создании данной зоны деэскалации, но Москва отказалась. Говоря о сирийском юге, Лавров сообщил министру иностранных дел Иордании Айману ас-Сафади, который стремился получить гарантии от России, чтобы избежать угрозы военной конфронтации, что в районах деэскалации нет террористических группировок, которые необходимо ликвидировать. С другой стороны, Россия заключила соглашение с Израилем, позволяющее режиму восстановить контроль над южным регионом, если Иран и его ополченцы уйдут от границы между Сирией и оккупированными Голанами. Представляется, что эта договорённость — часть более широкого российско-американского соглашения (при координации с Израилем), которое включает в себя полный вывод иранских сил из Сирии в обмен на восстановление власти режима и предоставление ему возможности распространить ее на большей части территории страны. Это означает, что Израиль принимает сирийский режим с Россией и без Ирана, что открывает множество возможностей в будущем.

Заключение

Со временем стало очевидно, что идея создания зон деэскалации — всего лишь российская уловка, основными целями которой являются военное разрешение конфликта в Сирии в пользу режима и принудительное исключение оппозиционных фракций из любого решения, которое предполагает политический переход власти. После недавних военных достижений режим занял еще более жёсткую позицию в отношении возобновления женевских переговоров. В ходе восьмого раунда, состоявшегося в декабре 2017 года, не удалось добиться какого-либо прогресса из-за отказа правительственной делегации обсуждать любые вопросы до восстановления государственной власти на всей сирийской территории и освобождения ее от террористических группировок. Точно так же Россия заняла жёсткую позицию в своем отказе от женевского процесса после того, как Путин был избран на новый президентский срок. Очевидным стало ее намерение ликвидировать зоны деэскалации на юго-западе (Деръа и Эль-Кунейтра) и северо-западе (Идлиб) Сирии параллельно с попытками заменить женевские переговоры треком в Астане и итогами сочинской конференции. Русские стремятся контролировать исход любого возможного политического процесса с помощью военной силы или посредством перемирий в районах, сводя их к простым переговорам о границах полномочий центра и регионов и внесении поправок в ряд законов, таких как декрет о местном управлении № 107 и декрет об организованных районах №10. Эти изменения требуют от оппозиции разработки новой политической стратегии для всей Сирии, а не определённого региона, нацеленной на то, чтобы сорвать российские планы по восстановлению власти режима в сговоре с Израилем, Соединенными Штатами и некоторыми арабскими и европейскими странами. Оппозиция также должна отказаться от признания легитимности статус-кво и сосредоточиться на привлечении к суду сирийского режима и всех тех, кто его поддерживает на национальном и международном уровнях. Она должна довести дело до судов, которые рассматривают случаи совершения военных преступлений и преступлений против человечности, которые унесли жизни сотен тысяч сирийцев.


Читайте также: 



12.07.2018
Похожие статьи:
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.